Язык и формирование высших психологических функций Печать E-mail
А.Р. Лурия Лекции по общей психологии Эволюционное введение в общую психологию Лекция 8. Часть II С приобретением языка возникают, однако, не только новые формы познания; с возникновением языка появляются новые способы формирования человеческой деятельности. Психология хорошо знает, как формируется поведение животных; механизм научения животных, приобретения нового опыта был очень подробно изучен в школе И. П. Павлова, который подробно описал механизм условных рефлексов. Вспомним те условия, при которых у животного могут формироваться новые связи и возникают новые формы условных рефлексов. Известно, что условный рефлекс или новая реакция на ранее безразличный сигнал возникает у животного только на основе безусловного рефлекса, точнее, на основе сочетания условного раздражителя с безусловным подкреплением. Как показали опыты, проведенные в павловской школе, в частности серия опытов, проведенных Нарутович и Полкопаевым, между двумя нейтральными раздражителями никакой связи не образуется. Если собаки много раз давать одновременно свет и звонок, она не будет реагировать на звонок так, как она реагирует на свет. Для того, чтобы установить эту связь, нужно, чтобы один из этих индифферентных агентов получал сигнальное (пищевое или оборонительное) значение или вызывал безусловную ориентировочную реакцию. Только в таком случае может образоваться условно – рефлекторный рефлекс. Безусловное подкрепление и есть, следовательно, основное условие, необходимое для образования условных рефлексов у животных. Вторым правилом является постепенность выработки условных рефлексов. Условный рефлекс у животных, как правило возникает и закрепляется не сразу: обычно надо несколько раз сочетать индифферентный агент с подкреплением, и лишь при этих условиях, хорошо прослеженных в школе Павлова, вырабатывается условная связь. Третье правило формирования условной связи заключается в том, что эта, раз выработанная условно – рефлекторная связь продолжает существовать только, если она продолжает подкрепляться. Достаточно устранить подкрепление, например, перестать подкармливать животное каждый раз, когда появляется звонок, и слюнная реакция на звонок, то есть условная связь будет постепенно угасать; возникает внутреннее торможение, которое приводит к тому, что слюна перестает выделяться. Четвертая особенность условно – рефлекторной деятельности животных, которую мы сегодня упомянем, заключается в том, что переделка прочно усвоенных условных рефлексов является для животного трудным делом и вырабатывается так же постепенно, как и первоначальная связь. Если выработать условный рефлекс на звук «до» и тормозную реакцию на звук «ми», а затем изменить характер подкрепления (подкрепляя пищей звук «ми» и не подкреплять ею звук «до»), то животное переучится на новую систему подкрепления. Такая перемена значения индифферентных раздражителей может вырабатываться очень длительно, а иногда приводит к возникновению невроза у животного, которое не сразу может разобраться в том, почему так радикально изменяется значение раздражителя. Эта трудность переделки упроченных систем связи является, следовательно, четвертым правилом, характерным для понимания условно – рефлекторной деятельности животного. Пятым и последним правилом, на котором сегодня остановлюсь, является тот факт, что на основе выработки новых связей у животного всегда должны лежать наглядные раздражители. Животное довольно легко вырабатывает условную связь на звонок и дифференцировку к ней на звонок другого тона. Но у животного очень трудно выработать эту связь на отвлеченный признак, например заставить животное реагировать на каждый третий из предъявленных одинаковых раздражителей, а иногда исследователю приходилось затрачивать месяцы труда для того, чтобы угасить положительную реакцию на второй и третий раздражитель и выработать реакцию только на четвертый такой раздражитель. Я уже приводил раньше опыт Бойтендайка, который показывал, что трудно (а иногда и невозможно) выработать у животного условную реакцию на принцип «следующий», то есть на перемещение пищи в последующую из расположенных в ряд чашечек. Существенное, что мне хотелось сегодня сказать, заключается в том, что у человека с появлением языка ни одно из этих правил образования условных рефлексов не сохраняется в той же форме, как оно было описано у животных. Попытаемся привести соответствующие факты и вернуться к перечисленным мною правилам выработки новых связей, на этот раз в применении к человеку. Можно ставить опыты с выработкой условных реакций у человека двумя путями: либо можно сразу давать ему предварительную инструкцию, например: «когда будет красный цвет, вы будете нажимать на баллон, а когда будет зеленый цвет, вы не будете нажимать на баллон». Этот опыт, широко известный в психологии, введенный примерно сто лет тому назад; с помощью этой методики, которая называлась методикой исследования простых или сложных психических реакций, был собран огромный материал. Можно попытаться идти другим путем, по которому шли некоторые ученики Павлова, которые пытались перевести на человека все опыты с объективным изучением условно – рефлекторной деятельности, применяемые к животным. Они не давали испытуемому специальных предварительных инструкций, но сопровождали каждый условный сигнал приказом «подними руку!». Этот приказ они воспринимали как «речевое подкрепление». Как убедился ученик Павлова – Иванов – Смоленский, который вел этот метод, достаточно несколько раз предъявить человеку индифферентный сигнал, сопровождая каждый сигнал речевым подкреплением, чтобы у человека выработался условный рефлекс и он стал поднимать руку просто на данный сигнал (например, стук), не ожидая речевого подкрепления. Исследователем казалось, что таким образом можно воспроизвести в человеке все те условия, которые характеризуют выработку условного рефлекса у животного, и что выработанные таким образом условные рефлексы принципиально ничем не отличаются от рефлексов, выработанных у животных. Им казалось, что единственное отличие состоит в том, что у животных эти сигналы подкрепляются безусловным раздражителем, а у человека рефлекс вырабатывается на основе речевого подкрепления. Однако, как нас всех убедили тщательные наблюдения, даже такая выработка условных рефлексов с помощью речевого подкрепления (не говоря уже о формировании реакции на основании речевой инструкции) протекает по совсем другим путям и фактически не подчиняется ни одному из перечисленных нами правил, которые были установлены в опытах на животных. Существенная особенность выработки новых связей у человека заключается в том, что человек, у которого вырабатывается условная реакция на сигнал (например, на стук, сопровождаемый речевым подкреплением), – и очень быстро формирует обобщенное речевое правило («на каждый стук нужно поднимать руку»). Как только это правило сформулировано – все законы, по которым вырабатывались условно – рефлекторные связи у человека, оказываются несостоятельными, и человек, вырабатывающий условную реакцию, опосредствованную правилам, подчиняется ее механизмам, совершенно другим, чем те, которые существовали у животных. Проследим эти различия конкретнее. Как мы уже говорили, для каждого условного рефлекса у животного необходимо безусловное подкрепление. Если безусловное подкрепление устраняется, рефлекса не возникает. У человека дело обстоит иначе. Достаточно человеку усвоить обобщенное правило («на каждый стук надо поднять руку»), как никакого безусловного или речевого подкрепления ему больше не нужно. Как мы уже указывали, у животного условная связь вырабатывается постепенно. У человека, который образовал такое правило, условная связь вырабатывается сразу. У животного устранение подкрепления приводит к угасанию двигательной условной реакции. У человека, который сформулировал общее правило и подчиняет ему свои дальнейшие реакции, никакого угасания ответов, несмотря на установление подкрепления, не возникает; если правило усвоено, оно не только может бесконечно продолжаться, но оно может сразу же восстанавливаться через значительные сроки, если для этого возникнут соответствующие условия. Мы говорили. что переделка условного значения сигнала у животного происходит с огромным трудом; в отличие от этого, у человека происходит сразу. Если сначала один сигнал (например, звонок) будет сопровождать приказ «подними руку!», а другой сигнал (например, свет) будет сопровождать приказ «поднимай руки!», а затем только один раз инструкция будет изменена, и звонок будет сопровождаться приказом «поднимай руку!» – испытуемый переделав правило на обратное, не только не перестает поднимать руку на звонок, но, и переделав всю систему на обратную, сразу же может начать поднимать руку на свет. Значит, переделка связи, которая у животного происходит путем усвоения системы и включения реакции в новую систему. Наконец, последнее положение. Мы уже говорили, насколько трудно у животного выработать условную реакцию на отвлеченный признак. Для человека выработать реакцию на отвлеченный признак ничего не стоит. В отношении выработке реакции на порядковый номер сигнала сам Павлов говорил: «А для человека это плевое дело потому, что у него есть понятие числа». Я уже говорил вам, что опыт Бойтендайка с попыткой получить реакцию на каждый «следующий» раздражитель приводил у животного к отрицательным результатам; в отличие от этого, ребенок двух с половиной лет, который владеет речью, легко решает эту задачу, усваивает отвлеченный принцип и подчиняет свое поведение этому принципу. Все это показывает, что язык не только формирует человеческое сознание, помогает человеку глубже проникнуть в связи реальной действительности, но и позволяет человеку перейти к новым сознательным формам усвоения опыта, подчиняя формирования поведения сформулированным в речи правилам, и дает возможность построить поведение по новым законам, никогда не наблюдавшимся у животных.
 
« Пред.   След. »
Подключиться к кабельному телевидению